Книга "Американский тур - семь недель гастрольной жизни" заглядывает за кулисы и показывает изнанку того, как привыкшая к роскоши группа едет в тур по США без денег, заодно рассказывая трогательную историю душевных терзаний гитарного техника, который ищет покоя и умиротворения. На кону не только финансовый вопрос, а также - здоровье и семейная жизнь.

События, описанные в книге, относятся к 2011 году, когда автор путешествовал по США вместе с гитаристом ХИМ Linde Lindström и его группой Daniel Lioneye. Все события происходили на самом деле, никакой выдумки, но кое-что, конечно, осталось за кадром.

Kimmo Aroluoma работает гитарным техником 12 лет и объехал с финскими группами около 50 стран. Его первая книга "Концертный день - 24 часа гастрольной жизни" признана самой реалистичной и увлекательной. В своей ежедневной работе автор вращается в высших музыкальных кругах, настраивает аппаратуру для музыкантов и ведет известный Backstage-блог.

Это началось в самом разгаре подготовки к туру.

Я работал допоздна, готовясь к концертам Монро, которые начинались через неделю. Я чувствовал, что со мной что-то не так. Когда я сидел в туалете, с моим животом творилось неладное. В унитазе виднелось что-то красное, но я не обратил внимания, потому что ел на обед томатный суп. Я продолжал работать, хотя чувствовал сильную слабость. На следующее утро оборудование должны забрать из Ностури.

Утром я чувствовал себя ужасно. Я ничего не сказал жене и пошел в Ностури, чтобы отправить оборудование в Англию. Мне было так хреново, что я решил вернуться домой перед тем, как забрать дочь из детского сада.

Я позвонил жене и сказал, что чувствую себя не очень хорошо, но она была занята на работе, поэтому я надел ботинки и вышел из дома. К счастью, дорога из Миелахти в Мунккиниеми не занимает много времени.

Я выскочил из трамвая в парке Мунккиниеми и пошел под дождем в детский сад. Там заметили, что я бледный и плохо выгляжу, но ребенка отдали. Когда мы переходили улицу, у меня закружилась голова и я понял, что не доберусь до дома общественным транспортом.

Я стоял на грязной земле на коленях, одной рукой крепко держал дочь, а другой вызывал такси. Я чувствовал, что мне становится хуже с каждой минутой, и когда такси, наконец, приехало, я с трудом забрался на заднее сиденье, крепко прижимая к себе дочь.

Когда я в следующий раз открыл глаза, передо мной было ужасное зрелище. Мои штаны, комбинезон дочери и все заднее сиденье были в крови. Водитель звонил в скорую. Он сказал, что я отключился и меня рвало кровью. Я позвонил окровавленными руками жене и попросил ее приехать в Миелахти. Когда мы въехали в больничный двор, нас окружили люди в белых халатах и я помню, как кричал: "Возьмите мою дочь, возьмите дочь".

Затем все потемнело.

Еще я помню встревоженное лицо жены и лицо дочери в кровавых пятнах. Я держал ее за руку, пока меня не увезли на носилках в операционную.

Обострение язвенной болезни заставило меня задуматься о жизни, и часы, проведенные на больничной койке, были необходимым противовесом лихорадочной работе. Я был почти при смерти, но я не мог не думать о работе, хотя и лежал под капельницей в серой больничной палате. Все мои мысли были в Англии, в туре, который начинался через неделю.

Я обещал Turisas, что буду с ними завтра на их концерте в Тампере, но по-моему, туда я не поеду, потому что мне придется проваляться здесь еще несколько дней. Я позвонил и договорился о замене, хотя от боли едва мог говорить. Я не мог ни есть, ни пить.

Я чувствовал себя отвратительно, но я не мог оставить свою работу из-за небольшого инцидента. Тем не менее, болезнь заставила меня успокоиться, потому что сейчас я просто не мог ничего делать. Совсем ничего.

Мои жена и дочь приходили ко мне каждый день и были очень обеспокоены моим состоянием. Мы говорили о будущем, и когда я сказал, что все-таки поеду в Англию, она разрыдалась. Мне было плохо, но карьерист внутри меня говорил мне, что я должен ехать. Я подумал, что если я не смогу присутствовать на концертах, моя карьера будет закончена, ибо никто не будет больше доверять мне.

Другая половина меня разрывалась от боли, когда я смотрел на свою прекрасную жену и маленькую дочь. Это было душераздирающе, я причинил им столько страданий, но я хотел как лучше. Теперь глава семьи был в плохой форме.

Может показаться абсурдным то, насколько я предан своей работе, но тогда, на больничной кровати, это казалось очевидным. Моя профессия преобладала над всем остальным.

Моя жена предложила мне встретится с мастером йоги, с которым она познакомилась прошлым летом на йога-фестивале. Я считал все это чепухой, но у меня, запертого в больнице в серо-синей пижаме, просто не было других вариантов.

Я выписался из больницы после пяти дней вынужденного отдыха. Я был обезвожен и не ел все эти дни ничего твердого. Английский тур начинался через 4 дня, а я чувствовал себя дряхлым стариком.

Я понял, что так продолжать нельзя. Пришло время взять свою жизнь под контроль, пока не стало слишком поздно.

Я всегда считал йогу полной бессмыслицей, но все же три дня спустя после выписки из больницы я сидел в автобусе и ехал на встречу с неким таинственным гуру, который поможет мне контролировать свою жизнь. Я пытался представить, каким бы он мог быть. Есть ли у него борода и насколько мудрым он мог бы оказаться.

Могу ли я воспринимать его всерьез?

Дверь в квартиру многоэтажного дома на Лаутасаари открыл бородатый, одетый в обычную одежду мужчина. Я подозревал, что здесь мне не предложат кофе, только чай. Мои ожидания насчет чая оправдались, но к моему удивлению, он принес мне маленькую чашку с кипятком и обычный одноразовый пакетик чая.

Я на самом деле был осторожен в высказываниях, чтобы ничего не испортить. Мои ноги затекли после долгого перелета, и поэтому я надеялся, что мы не будем беседовать, сидя в позе лотоса. К счастью, он усадил меня на обычный диван и попросил просто расслабиться и слушать, пока он будет вещать о своей жизненной философии.

Моего учителя звали Tommi Kujala. Я читал, что раньше он был владельцем известного рекламного агентства, но потом круто поменял свою жизнь.

- Ты это не твой ум. – начал он тихим голосом. – Отождествление себя с мыслями портит жизнь многим людям. При правильном использовании ум может быть великолепным инструментом, но при неправильном – становится разрушительным. Вообще-то большую часть времени не ты используешь свой ум, а он тебя.

Томми рассказал, насколько человек ошибается, думая, что непрерывное бормотание в голове, которое мучает своего хозяина проблемами прошлого и будущего и есть он сам. Обнадеживает то, что от всего этого можно избавиться.

- Привязывая свое внимание к постоянно крутящимся в голове голосам, ты на долгие годы застреваешь в этом непродуктивном образе мыслей, но ты можешь от него освободиться и заметишь, что все эти мысли не реальны и не происходят сейчас. – рассказывал он пока я слушал с открытым ртом.

Казалось, что он знает все о том, что меня беспокоит, о всех моих проблемах и тут же находит им объяснение, хотя до сего дня мы не были знакомы. Я подумал о своей бессоннице и о том, что во время бесплодных попыток уснуть мой мозг взрывался от грустных воспоминаний и мыслей о грядущих проблемах.

По словам Томми у бессонницы те же причины. Достижение спокойствия и умиротворения не требует ничего иного, кроме как вовремя обнаружить и остановить крутящиеся на автопилоте голоса в голове. Он включил старую виниловую пластинку, которая все время заедала, как демонстрацию того, что происходит у меня в голове.

Я рассказал ему о своих невеселых размышлениях, о склонности все слишком драматизировать, о будущих проблемах и об ошибках, которых я наделал за свою жизнь. Томми однозначно заявил, что как таковая проблема появляется, когда человек начинает думать о ней как о проблеме. Когда у человека настоящая проблема, он не думает, он действует. Томми приводил реальные примеры:

- Когда ты лежишь в кровати, спроси себя, есть ли у тебя проблема прямо сейчас? Может у тебя затек правый бок, ты можешь это исправить, перевернувшись на другую сторону. Если у тебя замерзли ноги, надень шерстяные носки. Если тебе неудобно лежать, поправь подушку. Когда ты все это сделаешь, попей водички и спроси себя снова, есть ли у тебя проблема в данный момент.

- Невозможно решить завтрашние проблемы, потому что они не реальны, они еще не случились в данный момент. Когда у человека действительно проблема, он не будет размышлять, он будет действовать. Если на тебя напал медведь, это проблема, которая требует немедленных действий. В тот момент, ты, вероятно, не будешь горевать о том, что на следующей неделе слишком напряженный рабочий график. Действительно реальные проблемы, а не фиктивные, придуманные разумом, решаются интуитивно.

В конце сессии он написал мне на бумажках названия книг, из которых я могу получить дополнительную помощь. С переполненной головой я поспешил на автобусную остановку, сжимая бумажки в руке. Время было уже полвосьмого, поэтому у меня оставалось совсем мало времени, чтобы закупиться литературой.

Ближайшим магазином оказался Suomalainen Kirjakauppa возле памятника трем кузнецам. Я едва успел до закрытия, ибо было уже без пяти восемь. Я отдал бумажки продавщице. На первой было написано – Экхарт Толле «Сила настоящего момента».

Продавщица пошла искать книгу на полках, в которых я сразу бы заблудился. Я посмотрел на абстрактную обложку обоих томов, но не заглядывал внутрь, просто заплатил и ушел. Завтра утром у нас с группой Монро самолет в Лондон.

Ночью я не мог заснуть, и мои мысли метались в беспорядке. Когда я был у Томми, его слова проникали в мой мозг, но сам я, к моему стыду, находился совсем в другом месте. Я что, на самом деле в таком раздрае, что мне нужно слушать этого учителя жизни, да еще и читать эти книги? Я всегда обходился своими собственными силами и доверял только себе.

Я решил держать книги в туравтобусе и спрятать их подальше, чтобы избежать насмешек. Lemmy Kilmister (R.I.P), известный своими пристрастиями к амфетамину и виски, руководил туром, в котором участвовал мой работодатель Майк Монро. Между этими рок-звездами и моим новоиспеченным гуру существовал такой разительный контраст, который даже трудно представить.