КЛАВИШНИК HIM О ПРЫЖКАХ С ПАРАШЮТОМ, САТАНЕ И О ТОМ, ПОЧЕМУ ОН ДО СИХ ПОР ЛЮБИТ «THE SOUND OF MUSIC»

Наиболее известный фанатам HIM как Эмерсон Бартон, клавишник Янне Йоханнес Пууртинен родился в Хельсинки 17 октября 1974 года. Несмотря на то, что и остальные члены группы – одноклассники, Бартон не присоединялся к HIM до 2001 года, когда стал временным участником после ухода предыдущего клавишника – Юсси-Микко «Юска» Салминена. Его первое шоу с группой состоялось в клубе Semifinal в Хельсинки 12 января того года – это была своеобразная проба перед более масштабным скандинавским туром, который следовал сразу после этого гига. Присоединение к HIM было, как говорит Бартон, «легким и комфортным».

До работы с HIM он учился музыке на протяжении многих лет, культивируя эклектический вкус к различным артистам, от Pink Floyd и Стравинского до Майкла Джексона. Выполняющий обязанности игры на синтезаторе, пианино, а также бэк-вокала, Бартон, чей другой ник - Пуппе, - Весы по знаку Зодиака; он брал первые уроки игры на пианино еще в 5 лет; в прошлом он использовал эти уроки для отличной работы, доказывая, что он мрачный изобретательный виртуоз. Он также играет на гитаре, басу и барабанах на «базовом» уровне.

Каковы Ваши ощущения от возвращения HIM к активной деятельности после такого долгого перерыва?

Чувствую себя великолепно и подзаряжено. Почему? Потому что в это время я отдыхал под пальмами на собственном острове с вдохновляющей компанией и пил много пина-колады. Я много читал, а еще закончил свой концерт для двух волынок и аккордеона. Играл шопеновские мазурки, прыгал с парашютом, завел восхитительную переписку с Далай Ламой и немного подучил латинский и греческий. Также я, конечно, практиковал йогу и медитацию с моим гуру Ашмипараватидиапам. Когда у меня появляется свободное время, я готовлюсь к предстоящим соревнованиям по полутриатлону в Фиджи и размышляю над загадкой, правда ли затяжное пуканье подобно землетрясению для твоих остриц. Поэтому я полностью готов к туру. Я говорю Вам правду и только правду.

Вы действительно прыгаете с парашютом?

Нет, это всего лишь красивая ложь. Suimasen. (по-японски «извините» - прим. пер.)

Какие аспекты Tears On Tape наиболее впечатляют Вас лично?

Я очень доволен тем, как звучат клавишные. Ничего чересчур вычурного, только отличные постоянные составляющие и немного акустических клавишных. Альбом записан очень хорошо, во многом благодаря руководству Хиили и Вилле, их энтузиазму и общей способности подчиняться кардинальным добродетелям.

Названия некоторых песен придают несколько зловещую атмосферу: упоминают Люцифера и сценарий, где все «губы синеют». Можно ли считать их устрашающими записями, которые будут пугать до смерти?

Это, несомненно, устрашающие записи. Я не чувствую себя комфортно с Люцифером – это может быть только в незначительном количестве случаев. Что касается синих губ, то я могу их видеть только после плавания в ледяной воде или после драки.

Этот альбом мы все еще можем называть лав-металлом? Или Вас раздражает об этом говорить?

Людям нужны прозвища для категоризации и описания музыки. Поэтому я думаю, что хорошо – узнавать новые определения (как Лав Металл, когда он впервые был придуман) для некоторых жанров.

Что было самым потрясающим с тех пор, как Вы стал постоянным членом HIM в 2001 году? И что стало наибольшим разочарованием?

Довольно странный случай произошел в лифте московского отеля, когда мы спускались вниз, в холл, и на нас не было надето ничего, кроме противогазов. Было это потрясающим или разочаровывающим? Решайте сами.

Почему на Вас были надеты только противогазы? Это звучит, как будто это было интереснейшая ночь, не говоря уже о холоде.

Да, ночь была интересной, даже немного абсурдной. Может, я испугался местного дыма? Точно не помню.

Ранее Вы говорили, что чувствуете себя свободно с другими членами группы с самого начала, что Вы выросли вместе. Было ли на самом деле легко войти в коллектив, или понадобилось время для адаптации?

Если не считать огромную потерю волос, мне действительно было комфортно с самого начала, потому что я и до этого довольно хорошо знал парней и их атмосферу. Если честно, ощущать себя комфортно никогда не было главным в HIM. Это больше похоже на продолжающийся беспокойный стресс. Так и должно быть, иначе музыка будет звучать по-разному.

Вы обучались музыке и имеете классическое образование. Можете ли Вы полностью самовыражаться в рамках группы?

Нет, и поэтому у меня время от времени есть некоторые терапевтические проекты.

Что/кто оказал на Вас наибольшее влияние в музыкальном плане?

Принц, Чайковский, Верди, Бизе, Прокофьев, Равель, Пуччини, Жан Мишель Жарр, Стравинский, Parliament, Моцарт, Сати, Лигети, Blue Oyster Cult, Штокхаузен, Рейнхардт, ELO, Майлс Дейвис, Canned Heat, дядьки, игравшие на бутылках на улице, Горовиц, ZZ Top, Бетховен, Herbie Hancock, Стив Вай, Бах, Kraftwerk, Deep Purple, Trygg, Pink Floyd, Эно, Майкл Джексон, Карло Джезуальдо, The Beatles, the Allman Brothers, J. Karjalainen, Шостакович, Hector, Joutsenniemi, Венди Карлос, Дебюсси, Вангелис, Котилайнен и Джон Зорн. Я перечислил лишь некоторых.

Кто выиграет в битве между Штокхаузеном и ZZ Top? Или между Kraftwerk и Deep Purple? Кого из них Вы сильнее хотели бы встретить и почему?

Хм, это зависит от выбора оружия. Но если бой будет всего лишь музыкальной дуэлью, результат будет иным. Мистер Штокхаузен против акустического дуэта мистера Берда, возможно. Или Deep Purple исполнит кавер на Kraftwerk, и наоборот. Представьте «Highway Star» в исполнении Kraftwerk или «Noen Lights» в исполнении Deep Purple. Это было бы чистое золото!

Ощущаете ли Вы свою финскую сущность? Влияет ли национальность на Ваше мировоззрение и жизненную философию?

Я об этом много думал. В сауне. Чувствуя себя финном.

Любите ли Вы финскую культуру? Доставляет ли она Вам радость или в любом случае угнетает?

У меня нет рогов или обуви из бересты. В нашей культуре есть замечательное традиционное ремесло. Возможно, не очень приятно узнать, как оно происходит на самом деле.

Почему Вы взяли себе имя Эмерсон Бартон?

Барабанщик моей бывшей группы, Алек, был единственным, кто стал называть меня Бартоном. Другой мой друг, Ансельмо, стал называть меня Эмерсоном. Нет, не в честь Кита Эмерсона. В честь моего старого холодильника, на самом деле.

Можете ли Вы назвать наиболее выдающиеся качества других членов группы? И наиболее раздражающие?

Лучше не надо! Извините.

В туре Вы ведете себя как тусовщик? На самом ли деле Ваш образ жизни – секс, наркотики и рок-н-ролл?

Нет. Все это – лишь иллюзия свободы. Комнаты отелей очень скучны, когда ты не можешь уснуть после шоу, а делать нечего, кроме как смотреть телевизор.

Какие книги рассказывают о духе HIM и о лепте, внесенной лично Вами?

Библия, «Приключения Шерлока Холмса», «Хранители», Калевала, «451 градус по Фаренгейту» Рэя Бредбери, «Ei-kuori», комиксы Юхо Юнтунена, «I-Ching» («Книга перемен»), «Тропик рака» Генри Миллера, «Страх и отвращение в Лас-Вегасе» Хантера С. Томпсона, «Портрет Дориана Грея» Оскара Уайлда, «Заводной апельсин» Энтони Берджесса и журнал «People».

А какие фильмы раскачали Ваш мир?

Некоторые фильмы Стэна Лорела и Оливера Харди, все фильмы категории B-horror, «Бегущий по лезвию» Ридли Скотта, «Метрополис» Фрица Ланга, «Психо» Хичкока, «Рокки 3», «Большой Лебовски», «Хищник» (1 и 2 части), «Удар по воротам», «2001 год: космическая одиссея», «Хозяин морей», «Глубокая глотка», «Звуки музыки», «Великий диктатор», «Амаркорд» Феллини, «Инопланетянин» и «Ошибка комиссара Палму».

«Звуки музыки»? Это горы или песни, к которым Вы относите себя?

Это ужас… Ужас!

Что Вы узнали, путешествуя по миру с группой?

Если ждете лучших времен, держитесь ближе к воде.

Кстати, довольны ли Вы тем, как HIM воспринимаются международным музыкальным сообществом? Что бы Вы хотели изменить в этом плане, если бы могли?

Каждый находит свой собственный путь и свой метод понимания. Вы не можете изменить это, но сможете. Черт, это звучит как гребанный Йода.

Каким из Ваших жизненных достижений Вы гордитесь больше всего, музыкальным и не только?

Гордость – мой смертный грех, я остерегаюсь этого вопроса.

Любовь лучше в теории или на практике?

Теория в любви бесполезна. Только в практике Вы найдете смысл.

Верите ли Вы в жизнь после смерти?

Что точно есть, так это смерть после жизни.

Встреча с продюсерами, оказавшими влияние на безошибочный звук HIM

Группа может быть хороша настолько, насколько хороши ее участники, но это гораздо больше, чем просто планка, преодолеть которую можно лишь основываясь на значительном объеме работы; на счету успеха HIM – два закулисных человека, скрывающихся в тени.

Продюсер Кай «Хиили» Хиилесмаа и британский продюсер/микшировщик Тим Палмер не только помогли создать новый альбом Tears on Tape, но также имели удовольствие долгих и известных своим симбиозом рабочих отношений с группой, при этом часто меняясь ролями. Хиилесмаа продюсировал дебютный альбом Greatest Lovesongs, Vol. 666; пара объединила силы в 2003 году для записи альбома Love Metal, побившего рекорды по всему миру.

Работа Тима над Dark Light в 2005 году впервые поместила HIM в Топ 20 по обе стороны Атлантики, перед тем, как дуэт снова собрался вместе для совместного продюсирования самого рейтингового альбома в США Venus Doom. Вкратце: там, где HIM добивались успеха, эти два ведомых помогали им на прохождении всего созидательного процесса. Они – такая же неотъемлемая часть мира HIM, как и вечно несокрушимая хартаграмма, размазанная подводка и медленно тлеющая сигарета.

У них обоих внушительные родословные. Мульти-инструменталист Хиилесмаа играл во множестве металл-групп – в настоящее время он возглавляет The Skreppers – а еще работал с The 69 Eyes, Moonspell и Lordi. С начала 80-ых Тим Палмер – который сейчас работает в Остине, в Техасе, – смикшировал, разработал и спродюсировал множество величайших мировых групп, включая (глубокий вдох) Роберта Планта, Tin Machine, Pearl Jam, The Cure, U2 и Оззи Осборна.

«Я был вполне счастлив работать на протяжении многих лет с некоторыми классическими исполнителями, включая многих моих кумиров», - говорит Тим Палмер. – «С HIM я смог увидеть этих ребят и в упадке, и в подъеме, и в создании их собственной ниши, собственного жанра – лав-металла. Над ними до сих пор есть дух мистики».

Почему вы думаете, что это именно так?

«Сейчас группы так управляемы средствами массовой информации, но HIM всегда были вне этого, поэтому мы не всегда знаем, что происходит с ними на самом деле», - продолжает Палмер. – «Особенно Вилле. И, нет, я не собираюсь выносить сор из избы! Они взяли необходимые уроки от великих рок-групп, будь то Оззи или Led Zeppelin или кто-то еще».

Хиили Хиилесмаа рассказывает о дне, когда он впервые встретил Вилле Вало, 19 лет назад в Хельсинки. Только это была не HIM, возглавляемые им впоследствии.

«Был 1994 год, когда я познакомился с Вилле через общего знакомого», - вспоминает Хиили. – «Чуть позже они заказали демо-сессию. Вроде, тогда они называли себя Urinator. Насколько помню, они тогда приехали на свою первую запись на «Ладе», принадлежавшей матери Миге. Они умудрились залезть туда все вместе – и еще и запихнуть оборудование».

К счастью, это название было сразу же отброшено – страшно представить, как выглядел бы логотип Urinator’а – но дружба и рабочие отношения с Хиили Хиилесмаа были уже завязаны, и три года спустя, когда они были уже полностью готовы к записи дебютного альбома, благодаря Хиили HIM изменились. Между тем, знакомство Тима с группой произошло несколько лет спустя.

К счастью, это название было сразу же отброшено – страшно представить, как выглядел бы логотип Urinator’а – но дружба и рабочие отношения с Хиили Хиилесмаа были уже завязаны, и три года спустя, когда они были уже полностью готовы к записи дебютного альбома, благодаря Хиили HIM изменились. Между тем, знакомство Тима с группой произошло несколько лет спустя.

«Я отлично помню, как первый раз услышал HIM», - рассказывает он. – «Это была кассетная запись, присланная A&R (отделение звукозаписывающего лейбла, ответственного за поиск новых талантов и продвижение исполнителей. – Прим пер.). Две песни, и я понял, что это то, что мне понравится. Но я все это выключил и убрал кассету, потому что не хотел сглазить».

«Они нравились мне тем, что влияние, которое я услышал, исходило оттуда же, откуда его взяли большинство групп готической направленности, с которыми я работал в 80-ых, в частности, The Mission».

Затем Тим смикшировал Buried Alive By Love, и с той мягкой химией, что возникла между ним и группой, он начал микширование альбома Love Metal в Лос-Анжелесе, где он жил. Так Группа HIM (в оригинале «Team HIM» - т.е. здесь использована игра слов – «Тим» Палмер и «Тим» - команда, группа. - Прим. пер.) приобрела нового участника.

Работа над Tears On Tape началась, как это обычно бывает в отношениях между группой и продюсерами, с всестороннего обсуждения идей их коллективного творчества. Десять лет назад HIM, Хиили и Тим вступили в аналогичное обсуждение Love Metal’а, для того, чтобы все были уверены, что они идут в правильном направлении. Это, несомненно, принесло результат.

«По сути, мы с Хиили выполняли одну и ту же роль», - говорит Палмер. – «Один из нас выполнял работу продюсера, и мы помогали им воплотить их видение. Иногда это видение лучше получалось с Хиили, иногда со мной. Мы оба были в работе. Это хорошо работающий механизм. И ничье самолюбие в нем не задето».

«Тим просто великолепен», - говорит Хиили. – «Думаю, мы образуем очень работоспособную команду. Различие наших индивидуальностей означает то, что мы можем уделить внимание разнообразным факторам. Мы оба можем окунуться в новые идеи, у нас нет строгих рамок».

Запись нового альбома происходила на излюбленной группой студии Finnvox в районе Питяянмяки, в Хельсинки, которая была открыта в 1965 году как четырехтрековая студия. С тех пор о ней стали говорить как о «родильном доме финской рок-музыки» из-за количества творческих путей, родившихся там. Золотые диски, развешенные на стенах Finnvox’а за сотни хитов, записанных исполнителями на этой студии, - всеми от 2 Unlimited до Hanoi Rock’а, от Дэйва Ли Рота до The Rasmus.

«Finnvox – уникальное место по множеству причин», - говорит Хиили. – «У них есть очень много легкого на подъем материала, великолепное записывающее оборудование, довольно уникальная кофе-машина – о, и очень расслабляющая курилка».

«Я не участвовал в записи предыдущего альбома Screamworks, но был рад снова получить вызов», - говорит Тим Палмер. – «Концепция Вилле была в том, что он хотел встряхнуть несколько вещей, что было прекрасной идеей. У меня своя студия в Остине, в Техасе; Вилле хотел выдернуть меня оттуда и поставить в не очень комфортное положение, которое вдохновило на новый подход, еще и использовать незнакомое оборудование. Он делал то же самое со звукооператорами – они хотели работать спонтанно и не переусердствовать».

Часть этой спонтанности включала в себя и достижение правильной атмосферы, вдохновляющей группу на творчество.

«С HIM всегда должен быть простор для экспериментов», - говорит Хиили. – «Поэтому мы украсили студию, чтобы она стимулировала процесс. Еще у нас тогда была «тайная комната», где мы могли поэкспериментировать над различными вещами. Там мы пробовали разные микрофоны, разные усилители, одежду. Нужна была правильная атмосфера, чтобы из лампы Алладина появился джинн…».

На Ваш взгляд, тот факт, что Вы сами играете в группе, позволяет Вам получать больше продюсерского опыта?

«Да», - отвечает Хиили. – «Конечно. Быть аутсайдером – это важно. Роль продюсера не только в продюсировании: он также должен быть и обычным слушателем. Ты должен быть зеркалом, в котором артист сможет отразить свои идеи».

Как только запись была завершена, микширование Tears On Tape происходило в Уиллесдене, на западе Лондона, в студии Assault&Battery, совладельцами которой являются известные продюсеры Алан Маулдер и Флуд.

«Это было забавно», - рассказывает Палмер. – «Мы с Вилле остановились в одном и том же отеле, поэтому мы делали работу над песней за день, микшировали, кушали в отеле, на следующее утро слушали песню, вносили некоторые поправки и необходимые коррективы, а затем переходили к следующей. Это была большая текучка».

Палмер говорит о фронтмене с явной привязанностью, которая выходит за пределы рабочих отношений.

«Он большая рок-звезда», - объясняет он. – «У него узнаваемые тексты и манера исполнения. Все великие рок-певцы больше индивидуальны, чем техничны. И девушки реально думают, что он прост на первый взгляд, и это всегда помогает. К тому же, он очень скрытный человек, и это определенно хорошо».

Так как Вы работаете с такими группами, как HIM?

«Материал всегда предопределяет фронт работы», - говорит Тим. – «Dark Light, над которым я работал в Лос-Анжелесе, был более текстурным, с многослойным саундом, в то время, как с Venus Doom мы перешли на более сырой звук. Tears On Tape сочетает и то, и другое. Он весьма урезан и все еще звучит сыро, но на стадии микширования я хотел, чтобы прослеживалась некая трехмерность. Это было несложно, потому что материал, записанный с Хиили в Финляндии, звучал превосходно. Существует старое клише: лучшее средство от плохого микширования – это крутая песня. Так оно и есть. Моя работа состоит в том, что я должен быть уверенным, что история каждой песни раскрыта верно, что припевы достаточно сильны, гитары достаточно тяжелы, барабаны достаточно сухи или рассеянны (где это нужно). Это было забавно – я могу так сказать не обо всех альбомах, что я смикшировал».

Когда Хиили попросили описать Tears On Tape в пяти словах, он выбрал «особенный, потрясающий, мистический, физический, химический». Тим выбрал «классика HIM – но с изюминкой».

Изменилась ли группа со времен Greatest Lovesongs, Vol. 666?

«Конечно, состав группы отличается от ранних времен, но тот отказ от компромиссов сохраняется до сих пор», - отвечает Хиили. – «Так что это желание рисковать в музыке».

Как Вы оба изменились с тех пор, как впервые начали работать с HIM?

«Ну, прежде всего, я, оказывается, поправился на восемь килограммов», - смеется Хиили.

«Я не думаю, что мы сильно изменились», - добавляет Тим. – «Прошло десять лет совместной работы, и у нас до сих пор есть одни и те же цели. Опыт учит нас новому. Ты учишься на каждой ситуации, происходящей в музыкальном бизнесе – некоторые из них могут быть немного трудными, другие – нет. Но ты всегда чему-то учишься на своем пути. А работать с HIM всегда весело».

Бартон говорит о шуме, шахбоксе и Бон Джови с Санфордом Паркером.

Впервые я услышал игру Санфорда, когда мы были в совместном туре в 2011 году. Он играл с Nachtmystium, и мы смогли немного пообщаться. Наша первая встреча состоялась где-то в дороге в пресловутом синем автобусе Nachtmystium.

Как все великие клавишники, Санфорд умеет смешивать черное и белое, получая иные цвета, нежели просто серый. Он почитаем своими поклонниками за его музыку, за отношение и за бакенбарды.

Моя любимая работа Санфорда включает в себя альбом The Guiltless группы Indian [Чикагский металл-квинтет], который он сам спродюсировал, и шоу, сыгранное с нами в Детройте в поддержку тура Daniel Lioneye. Вы можете услышать его влияние в моей игре, в том, как я смешиваю синтезаторное звучание с искаженными, разлетающимися и перегруженными вещами.

Почему клавишники - такие редкие экземпляры в роке?

Клавишникам всегда достается – в этом я виню Europe (группу, а не континент) и Бон Джови. Вот почему большинство людей должны слушать такие группы, как Whitehouse и Throbbing Gristle. Сейчас клавишные используют лучше, на мой взгляд, это выглядит действительно хорошо (и в конце концов, это ведь не самая важная часть?). Группа с YouTube под названием Bloodyminded [Чикагская нойз-рок группа, но это не панки в стиле Oi! из 70х]. Эти чуваки знают, как делать это, приятель: шесть синтезаторов и сотня микрофонов! В любом случае, я отвлекся.

Какое твое любимое оборудование в студии?

Один микрофон, знаешь ли, выглядит как большой черный… рожок мороженого! Недавно я приобрел Neve Summing Mixer (аналоговый многоканальный микшер сумматор. прим. пер.) и так этим увлекся! Еще я недавно отстроил свою студию, так что теперь сам могу делать микширование. Первым альбомом, который я смикшировал в своей студии, был «Target Earth» группы Voivod, поэтому я решил назвать ее Гиперкуб, в честь них, это великая группа. Дэвид Вэллс из Automatic Instruments изготовил мне гитару Jazzmaster – я должен ее скоро получить. Тарстон [Мур, основатель и гитарист Sonic Youth, который должен стать приглашенным гостем для следующего блэк-металл альбома Санфорда супергруппы Twilight] вернул меня к Jazzmastеr’у после работы над записью для Twilight.

Ты, возможно, слышал о шахбоксе [гибридный вид спорта, который комбинирует в себе шахматы и бокс, придуманный французским артистом и создателем фильмов Энки Билал]… Что, по-твоему, хуже – получить шах и мат или отправиться в нокаут?

Приятель, это сложный вопрос – в любом случае ты будешь выглядеть полным болваном. Я хотел бы увидеть Евгения Робинсона [фронтмен нойз-группы Oxbow из Сан-Франциско, который так же является боксером] в одном из таких матчей.

Какой лучший способ, чтобы выиграть? Шах и мат или нокаут?

Вырубить своего противника шахматной доской, очевидно.

Какая форма волны лучше всего описывает твою личность?

Пилообразная. Словно режущая вас.

Бритый, подстриженный или волосатый?

Волосатый: это как сокровище в лесу.

Индейка, Пасхальный Кролик или Санта?

Пасхальный Кролик, конечно. Это языческий бог плодородия.

Ты коллекционер секс-игрушек или неумелый музыкант?

Хмммм. Хочу сказать, что в настоящие дни я скорее музыкант-коллекционер секс-игрушек. Я был неумелым коллекционером в молодости, но я должен был бросить это – слишком много испытаний.

Что ты выберешь: десять замков или десять ключей?

Десять замков. Я не хочу, чтобы кто-нибудь украл мое дер*мо, особенно в моем районе.

Можешь закончить эту старую китайскую пословицу: «Металл для ушей как…»

Кого это волнует, я бы скорее послушал Depeche Mode.

Лучший бар в Чикаго?

Delilah’s. У них один из огромнейших выборов бурбона в Америке, и я, как известно, пью бурбон так: либо два, либо десять. На свое тридцатилетие я околачивался там с Доном Боллсом из Germs. Мы разговаривали о моей возможной записи с его группой Death Wizard, которая, к сожалению так и не состоялась. Еще одна из моих групп, Buried At Sea, играла наше первое шоу в этом баре. Это был самый жаркий день, зарегистрированный в том году. Бар не мог включить кондиционер во время выступления группы, потому что там случились какие-то технические проблемы, и еще были проданы все билеты. Без сомнения, это был просто самый жаркий гиг, который я когда-либо играл; я несколько раз думал, что упаду в обморок.

Пару слов напоследок?

«Может быть, я сумасшедший, но это не дает мне сойти с ума» - Вэйлон Дженнингс.

Билеты на ежегодный фестиваль группы HIM «Хэллдан» являются одними из самых продаваемых в рок-культуре. Вилле Вало объясняет нам, как же так вышло…

Фестиваль существует уже более десяти лет. Все началось из-за моей ненависти к вечеринкам. Я хотел, чтобы на Новый год происходило что-то действительно крутое и значимое, и я подумал, что самым простейший способ сделать это – отыграть концерт, когда один год сменяет другой. Поэтому мы не начинаем играть до полуночи.

Мы сыграли несколько новогодних шоу, и это стало выходить на уровень фестиваля с участием групп, которыми мы восхищаемся, такими как Cathedral, Fields Of The Nephilim. Мы по настоящему гордились этим – Хэллдан был первым разом, когда Neph отыграли в Финляндии. Мы приглашали различные группы: Impaled Nazarene играли до нас, играли некий блэк-металл до нашего лав-металла. И у нас были местные таланты, новые группы, которые нам нравятся, и группы, которые помогали нам в прошлом. Это нечто семейное.

Среди наших поклонников это стало большим событием; к нам приезжают люди из Владивостока, Йоханнесбурга, Бразилии, со всего мира…Так много людей хотят увидеть HIM, играющими в этом клубе, в Тавастии. Это мероприятие пользуется в Хельсинки сомнительной репутацией. Там мы действительно ладим с людьми. Клуб рассчитан только на 600 человек. И все они летят со всего света. Это невероятно, эта встреча душ и людей. Мы начинали играть по одной ночи, а затем одна превратилась в три.

У меня вечная проблема найти отличную новогоднюю вечеринку – лучшие вечеринки обычно устраиваются 1 января, после того как все «дилетанты» разъезжаются. Все это в основном развивалось из необходимости сделать что-то большее, чем просто с кем-то переспать в полночь. Вначале нашим импресарио была Вэллдан (в оригинале «Welldone» – прим. пер.); она до сих пор устраивает наши концерты дома. И это было в Хельсинки. Таким образом, название «Хэллдан» стало комбинацией и того и другого, и еще как способ назвать это Адом!